Сегодня мы публикуем отрывок из книги «На море и в космосе», которая недавно вышла из печати. Автор – почётный ветеран труда НПО машиностроения, заслуженный испытатель космической техники Владимир Абрамович Поляченко, постарался вложить в её содержание исторические факты, участником и свидетелем которых ему довелось быть. В книге большое место занимают личные впечатления, переживания, показана повседневная жизнь участников тех грандиозных событий, которые сопровождали исторический путь предприятия и его коллектива.
Попытка отразить на фоне этих событий окружающий мир, заглянуть внутрь процессов создания передовых образцов оружия для армии и флота, снова прочувствовать те надежды, а зачастую и разочарования, которые сопровождали весь этот путь, и является смыслом настоящих воспоминаний.
Читатели книги познакомятся с захватывающей историей зарождения новых и оригинальных идей, их воплощения в жизнь, в результате которых наша держава получила надёжную защиту на море и в космосе. Приобрести книгу можно в НПО машиностроения.

После трёхмесячной подготовки первая орбитальная станция «Алмаз» на ракете УР-500К была вывезена на стартовую площадку. 3 апреля 1973 года станция и ракета-носитель были готовы к пуску. Председатель Госкомиссии, генеральный конструктор, командир полигона и стартовая команда уже находились в бункере, шёл отсчет времени до пуска. Мои функции в стартовой команде – осмотр станции после снятия с неё термочехла. Это на верхних площадках башни обслуживания, обязательно в резиновом комбинезоне, с противогазом. Челомей удивлённо посмотрел на меня, когда я оказался рядом.

Последний осмотр стартовой позиции проводит Д.А. Полухин. Докладывает М.Г. Григорьеву и В.Н. Челомею громко: «Ракета готова к пуску» и тихо: «Обнаружен пролив топлива в подстольное помещение». Наступило короткое замешательство. Могли замокнуть кабели связи с ракетой. Григорьев обращается к Челомею: «Что будем делать?». Гамлетовский вопрос: пускать или не пускать? Пускать – опасность пожара и взрыва всего, что было на старте, не пускать – слив сотен тонн топлива из ракеты, огромный объём работ с непонятным исходом.

Челомей командует: «Едем на старт». «Волга» генерального рванула с места и помчалась к сверкающей на солнце ракете. Вскоре возвращаются Челомей и Полухин. Григорьев смотрит на них с надеждой. «Будем пускать!» – твёрдо сказал генеральный. Отсчёт времени продолжился. Ракета ушла в небо с громоподобным рёвом.

Станция вышла на орбиту и получила название «Салют-2».

Полёт станции продолжался. По программе были задействованы все системы ОПС, раскрыты большие солнечные батареи, станция была сориентирована в орбитальной системе координат.

В отсеках станции поддерживался нормальный тепло-влажностный режим атмосферы. Радиоуправление, телеметрия обеспечивали постоянный контроль работы станции.

Однако, 15 апреля 1973 года, на 13-е сутки полёта (188 виток орбиты) были получены данные: основная телеметрическая система не работает. По «малой» телеметрии установили, что давление в гермоотсеке упало наполовину. Траекторные измерения показали небольшое изменение орбиты станции, как будто ей сообщён импульс скорости.

Рано утром в понедельник, 16 апреля в 7 часов 30 минут у Челомея собралось руководство полётом станции:
М.Г. Григорьев, А.Г. Карась и другие руководители и инженеры.

Была создана аварийная комиссия под руководством генерал-лейтенанта А.Г. Карася, привлекли головные институты, на стендах пытались воспроизвести реальную картину происшедшего.

Станция «Салют-2», постепенно снижая орбиту, вошла в плотные слои атмосферы и упала в океан.

После анализа технологии производства, результатов проведённых в ЦКБМ экспериментов, комиссия пришла к выводу, что наиболее вероятной причиной аварии явился производственный дефект в двигательной установке ОПС.

Однако не это явилось причиной гибели нашей первой станции. Несмотря на то что официальная версия причины аварии была доложена руководству страны, разработчики в неё не верили. Никакими внутренними причинами нельзя было объяснить зафиксированное импульсное изменение орбиты. Был удар, и довольно сильный. Скорее всего, осколком взорвавшейся третьей ступени ракеты УР-500К. По некоторым источникам, через несколько суток после запуска станции «Салют-2» ПВО США наблюдали на орбите осколки третьей ступени ракеты-носителя УР-500К. Наши средства контроля космического пространства также зафиксировали множество осколков вблизи орбиты станции. Но Челомей и слышать не хотел об этом. Наш баллистик З. Жафяров, осмелившийся сказать ему об истинной причине аварии, был подвергнут «репрессиям». А филиалом ЦКБМ после этого запуска были приняты меры по обеспечению безопасности третьей ступени ракеты «Протон» на орбите, установлены клапаны для стравливания из баков остатков топлива.

И здесь мне хочется отметить, что не было бы счастья, так несчастье помогло. Если бы не задержка корабля «Союз», в это время на станции уже находились бы Попович и Артюхин… Страшно подумать об этом даже сейчас, спустя десятилетия.

Сообщение ТАСС прозвучало в обычном ключе. Приводим его полностью.

Сообщение ТАСС
Как уже сообщалось, 3 апреля 1973 года в Советском Союзе был произведён запуск орбитальной научной станции «Салют-2». Целью запуска являлась отработка усовершенствованной конструкции, бортовых систем и аппаратуры станции, а также проведение научно-технических экспериментов в космическом пространстве.

Выполнение программы полёта орбитальной станции «Салют-2» завершено 17 апреля 1973 года. К этому времени станция совершила 226 оборотов вокруг Земли.

Со станцией «Салют-2» было проведено 105 сеансов радиосвязи, в ходе которых осуществлялся приём телеметрической информации о работе бортовых систем станции и измерялись параметры траектории её движения.

Получены важные опытные данные, подтверждающие правильность принятых конструктивных и схемных решений, а также выбранных характеристик основных систем и бортовой аппаратуры станции.

Эти данные будут использованы при создании новых космических аппаратов и послужат дальнейшему развитию и совершенствованию орбитальных станций.

29 ноября 1973 года в Реутове проходила партийная конференция нашего предприятия. Это было довольно стандартное мероприятие, но некоторые высказывания В.Н. Челомея мне бы хотелось привести. Во-первых, его высокая оценка нашей работы по станции «Алмаз»: «Организация показала, что по 11Ф71 можно делать чудеса. Сказано – сделано. Это – самое увлекательное направление». Во-вторых, рекомендация к размышлению: «Лучше плохое решение, чем никакого, смежники жалуются на затяжку». И в-третьих, идеологический посыл: «Инженеру нужны две вещи: диалектическое противоречие между теорией и практикой, которое он должен примирить. И четвертое: нужно общественное признание».

А на заводе им. Хруничева в сборке была ОПС № 2. Подробный анализ подтвердил работоспособность систем при полёте первой станции. В конструкцию и технологию изготовления второй станции ввели ряд мер по повышению надёжности, и после сборки, заводских испытаний приступили к её подготовке к пуску. Весной 1974 года мы прибыли в Тюра-Там.

Работа на полигоне велась по накатанной дорожке. Только теперь вместо метелей нас радовали зацветающие к 9 мая степные тюльпаны и огорчали пыльные бури и июньская жара.

Но мы старались не огорчаться. Однажды, пока электрики занимались испытаниями, мы с Абдулом Жамалетдиновым организовали выезд на Куан-Дарью. Эта мелеющая летом речка в камышах имела живописный вид среди унылой степи, а главное, в ней было много непуганой рыбы. Приехали мы на одном автобусе с рабочими завода им. Хруничева, они в этом деле имели огромный опыт. По обоим берегам встали мужики с удилищами, а через речку – трос с поводками и крючками, так называемая «тюкалка». Подёргивая трос, они заставляли крючки прыгать у поверхности воды, и глупая рыба бросалась на них, как на добычу. Наловили лещей, судаков и на больших противнях и в котле устроили прекрасную жарёху и уху. За нами был лишь спирт для всей команды. Рыбы хватило и на тех, кто оставался на вахте, готовя станцию к полёту. В этой поездке меня удивило то, что проехать из охраняемой зоны полигона в глухую степь, а далее куда глаза глядят, можно так легко и просто, минуя все посты и заграждения.